Спендиаров, Якулов, Марика и другие: армяне в жизни Михаила Булгакова - RadioVan.fm

Онлайн

Спендиаров, Якулов, Марика и другие: армяне в жизни Михаила Булгакова

2020-03-10 21:19 , Минутка истории, 841

Спендиаров, Якулов, Марика и другие: армяне в жизни Михаила Булгакова

При жизни писателя его пьесы запрещали к постановке, а повести и романы напечатали только в 1960-х. Сейчас же произведениями «Собачье сердце», «Белая гвардия», «Мастер и Маргарита» зачитываются со школы.


За недолгую свою жизнь Булгаков встречал разных людей. Многие его обманывали и предавали, но многие были верны ему до последнего. Среди тех, кто остался верен писателю, были, к их чести, и армяне. В своих воспоминаниях первая жена писателя Татьяна Кисельгоф упоминает, как «осенью 1919 пришла повестка от белых… дали френч, шинель и отправили во Владикавказ… Булгаков жил тогда в комнате у каких-то армян». «Кaкие-то армяне» в интерпретации первой жены Булгакова не имеют ни имени, ни фамилии, но закон гостеприимства, который в крови у каждого армянина, не мог оставить Булгакова равнодушным. Думается, здесь же он узнал о быте и нравах армян, по примеру семьи составил некоторое представление о народе.
Следующую запись об армянах, вернее об армянке, мы находим у второй жены Булгакова Любови Белозерской. В своих воспоминаниях она уделила довольно много места этому знакомству Булгакова «с молодой и очень хорошенькой девушкой», надо понимать, не без доли зависти. С красавицей-армянкой Марией (Марикой) Чмишкян Булгаков познакомился в бытность свою в Тифлисе, и с тех пор она стала неотъемлемой частью его «ближнего круга». Именно ей «выпала печальная доля дежурить у постели умирающего писателя Булгакова в качестве сестры милосердия и друга». Кстати, приехав в Москву в 1929 году, Марика именно с легкой руки Булгакова выходит замуж за его приятеля Сергея Ермолинского.

Михаил Булгаков, Сергей Ермолинский и Марика

В 1927 году супруги Булгаковы знакомятся с семьей выдающегося армянского композитора Александра Спендиарова. Дочь Спендиарова Марина стала их преподавательницей английского языка: «Она пела, рисовала, проявляла артистический дар, была и талантливым педагогом». В свою очередь Марина Спендиарова вспоминала об одной из их встреч: «… мы с папой были у Булгаковых. Когда я пришла, Михаил Афанасьевич, Любовь Евгеньевна и папа сидели вокруг стола. Меня поразило то, что папа такой грустный, поникший… Чувствовалось, что в сутолочной Москве он соскучился по Армении…». Летом 1930-го Булгаковы слушали оперу Спендиарова «Алмаст» (увы, самому композитору уже не довелось присутствовать на премьере своего детища). Любовь Белозерская оставила в своих воспоминаниях запись о «неизгладимом впечатлении», которое произвело на их семью «прекрасное произведение армянского композитора».

18 апреля 1930 года Сталин все-таки позвонил Булгакову и предложил работу во МХАТ. Так Булгаков становится режиссером-ассистентом Московского художественного театра. Здесь он сближается с Георгием Якуловым и Рубеном Симоновым. Якулов, живописец и театральный художник, имел тесные связи с актерской и театральной средой. Считалось, что именно жена Якулова — экстравагантная еврейка Наталья Шиф — явилась прототипом главной героини булгаковской пьесы «Зойкина квартира», а декорации спектакля были «откровенно списаны» с дома Якулова. Кстати, за квартирой Георгия Якулова прочно утвердилось прозвище «Зойкина квартира».

Портрет Георгия Якулова кисти Петра Кончаловского, 1910г

Блистательный исполнитель роли Аметистова в «Зойкиной квартире» актер и режиссер Рубен Симонов встречался с Булгаковым как по творческим делам, так и по не менее «творческим» армянским застольям: «Можно понять, как я был счастлив и как дорого для меня было доверие Булгакова». Актер всегда подчеркивал, что они, живя рядом, часто виделись и эти встречи доставляли большую радость им обоим.

Рубен Симонов

Брак Булгакова с Еленой Шиловской был для писателя третьим. Большинством «советских граждан» он был встречен в штыки. Одной из немногих, кто одобрил эту женитьбу, была секретарь дирекции МХАТ и личный секретарь К. Станиславского Рипсимэ Таманцева. «Рипси (так ее звали в театре — авт.) одна из немногих, кто приветствовал наш брак», — писала в своих воспоминаниях Елена Булгакова. Рипсимэ имела огромное влияние на выдающегося режиссера и порою «делала погоду» в театре. Булгакова связывали с ней как деловые отношения, так и семейная дружба. Рипси была даже посвящена в семейные дела супругов Булгаковых.

С середины 30-х Булгакова связывают дружеские отношения с музыкантом и дирижером Большого театра Александром Мелик-Пашаевым. По воспоминаниям жены писателя, Мелик, как его обычно звали в московском дружеском кругу, не только душа всех приемов и вечеринок, но и деловой и серьезный участник всех читок и прослушиваний на квартире Булгакова. Для легкоранимого и мнительного Булгакова мнение таких людей, как Мелик-Пашаев или Симонов, было особенно важно.

Александр Мелик-Пашаев

В апреле 1940 года, уже после смерти Булгакова, Мелик-Пашаев пишет вдове писателя: «Передо мной лежит открытка. С нее глядят на меня вдумчивые, ласковые глаза. Большой умный лоб перерезан размашистым, крупным почерком. Все! Все во внешнем мире, что осталось мне от любимого друга, — да еще четырехручный «Щелкунчик», подаренный им давным-давно, в первые дни счастливого знакомства. Как ужасно сознавать, что все это было!».

По материалам исследования доктора филологических наук Роберта Багдасаряна

Источник – nv.am.

Лента

Рекомендуем посмотреть