Почему Евангелие – Красное? Ким Бакши – об истории одной из самых загадочных армянских рукописей (окончание) - RadioVan.fm

Онлайн

Почему Евангелие – Красное? Ким Бакши – об истории одной из самых загадочных армянских рукописей (окончание)

2021-11-07 19:27 , Минутка истории, 222

Почему Евангелие – Красное? Ким Бакши – об истории одной из самых загадочных армянских рукописей (окончание)

Продолжение

Еще одним обстоятельством очень важна эта начальная часть книги, эти семь листов. Под миниатюрой “Преображение” вижу еле читаемую, закрашенную надпись на греческом и грузинском языке – имя художника, нарисовавшего эти все миниатюры, рассказывающие о земной жизни Христа. Это имя Абас. При чём здесь грузинский и греческий в армянской рукописи? Эта важная деталь, указывающая частично на место работы Абаса и частично же на время. Подумаем: для чего мастеру было писать на этих языках? Очевидно, чтобы греки и грузины, которые возьмут манускрипт, узнали имя автора столь прекрасных миниатюр. И более того очевидно, что там, где работал Абас было много греков и грузин или, по крайней мере, эти два народа были достаточно авторитетными, чтобы художник дорожил их мнением. Тогда подобным местом была древняя столица Армении Ани, в свое время захваченная ромеями, и окружавшие ее монастыри Оромос, Хцконк, а еще тесно связанный с ней Ахпат, крупнейший духовный центр. Одновременно эти же места находились под сильным грузинским влиянием, армянская армия выступала под грузинскими знаменами, а армянский полководец Закарэ был главнокомандующим объединенного армяно-грузинского войска.

Грузинский язык в надписи, кроме того, указывает на время, когда работал Абас – тот исторический период, когда Грузия была покровительницей армян, когда под ее защитой армяне освобождали свою землю от власти турок-сельджуков. Тому есть конкретные временные рамки – с конца XII в. до середины XIII в., когда наступавшие на Закавказье монголы не только покончили с сельджуками, но и прошлись железной метлой по Армении и Грузии, уничтожая всё живое. <…>

Кончились миниатюры. Вслед за “Вознесением” с нового разворота начинаются хораны – это, напомню, заключенные под своды арок таблицы, в которых согласовываются события, изложенные в четырех Евангелиях. С хоранов обычно начинаются армянские Евангелия. Значит, именно с них по сути должно бы начаться и Красное Евангелие. Значит то, что мы видели в начале – серию миниатюр, есть инородное прибавление. В пользу этого говорит и высказанное Санджяном наблюдение: все эти миниатюры нарисованы на другого рода пергамене, он отличен от листов основного корпуса манускрипта. Я могу лишь подтвердить это наблюдение: пергамент начальных миниатюр заметно толще и тяжелей.

Красное Евангелие. Хораны

Но и хораны сразу же загадывают мне уйму загадок. В первом же развороте, как это вообще часто бывает в хоранах, в самом верху нарисованы птицы, пьющие из фонтана или из другого источника. Они символизируют души верных христиан, насыщающихся из источника истины. Но в Красном Евангелии головы этих птиц срезаны! Это может означать только одно – при переплетении эти страницы с хоранами оказались чуть больше, чем была вся рукопись, и их подрезали – и под нож попали птицы. Значит, и хораны, которые я вижу, тоже инородное прибавление к манускрипту, который по неким трагическим обстоятельствам утратил свои собственные хораны. <…>

Вслед за хоранами начинается текст Евангелий, и первым идёт, естественно, Евангелие от Матфея. Открывается портрет Евангелиста, но заглавный лист, с которого, как правило, начинается сам текст, с начальной его частью – отсутствуют. Начиная со следующего Евангелия от Марка и вплоть до последнего, Евангелиста Иоанна, вижу и портреты и рядом заглавные страницы. Очень важен переход от Марка к Луке: там на чистом листе, на обороте портрета Евангелиста Луки на трех языках – греческом, грузинском и армянском – стоит имя художника. Это снова, как и в начальных миниатюрах, имя Абаса. <…>

Когда же священный текст заканчивается, идет довольно обширная памятная запись, не везде годящаяся для прочтения, но, тем не менее, из неё становится известна очень важная вещь: в 1237 году Красное Евангелие появляется на земле Арцаха, в Гандзасаре, его выкупили два священнослужителя – братья Григор и Вардан.

В 1281 году оно оказалось в руках двух братьев-князей Марзпана и Мамикона, которые и подарили его церкви в крепости Шикакар. <…>

Ищу щёлочку во времени – тот исторический промежуток, когда мысленно можно поместить рукопись Красного Евангелия соответственно в церковь Кармир Аветаран, Красное Евангелие. Согласитесь, что назвать таким образом храм можно было можно в том случае, если эта рукопись очень долго хранилась в этой церкви, тем она и прославилась, став местом поклонения и паломничества. <…>

Красное Евангелие. Евангелист Марк

Приглядываюсь к миниатюре с Марком. И вижу под красным фоном то, что не было прорисовано, а было просто закрашено – это то, что было когда-то на этой миниатюре, что есть на тысячах миниатюр, изображающих Евангелистов. Они ведь все работают, пишут свои Евангелия. И соответственно этому занятию, мы видим рядом с ними все принадлежности грича-писца: шкафчик, где стоят баночки с краской, лежат ножички, чтобы выскоблить по ошибке нарисованное и написанное, камешки, чтобы полировать пергамен или бумагу. Под рукой лежат заточенные перья, только точнее не перья в нашем современном понимании, даже не гусиные перья, например пушкинские, а тростниковые ручки, обрезанные соответствующим образом, и ещё многое другое.

Это всё когда-то было нарисовано и в нашей рукописи, но чья-то лихая рука не сочла нужным это снова прорисовывать и словно смахнула красным с пергаменного листа. Но и под красным слоем осталось первое изображение!

Так что мое фундаментальное умозаключение подтверждается: обилие красного цвета в рукописи, из-за которого она названа Красным Евангелием – вовсе не исконное её свойство, а следствие “реставрации”, причем весьма грубой».

Исследователь решил перевести все, что было написано по-грузински. Содержание Киму Бакши было известно: речь идет об Абасе; писателя заинтересовал сам шрифт, который явно не был современным, – так он надеялся подобрать ключ к датировке.

«Уже в Ереване в Матенадаране эту надпись прочел знакомый профессор. Он подтвердил, что это не грузинский шрифт, созданный Месропом Маштоцем в V веке. Но и не современный, на котором грузины пишут сегодня. А что надпись сделана какими-то промежуточными буквами и этот алфавит употреблялся лишь до конца XI века. Вывод, как сами понимаете, фундаментальный».

Однако много удивительного Ким Бакши нашел и в иллюстрациях Красного Евангелия:

«Может быть, тот, кто мало видел армянские манускрипты, не найдет ничего замечательного в том, что в обоих Евангелиях – от Матфея и от Марка – над изображениями Евангелистов нарисованы необычные сюжеты, особенно Лев у Марка. Теперь перейдя к Луке, снова удивимся: над его портретом изображены два быка. В самих быках нет загадки, как раз символ Луки – бык. Но их два! Такого я не видел. И с переходом к этому Евангелию невольно укрепляешься в том мнении, что украшения Красного Евангелия – необычные, выходящие за рамки канона. Одни эти украшения выводят манускрипт в разряд выдающихся армянских рукописных книг. <…>

Красное Евангелие. Евангелист Лука

Конец текста Евангелия от Луки сопровождается пустыми страницами 236v-237, на которых, как и везде в этой книге, на пустых местах располагаются памятные записи. Их прочёл и опубликовал ещё Гарегин Овсепян, первый исследователь этой рукописи, их же цитирует и Аветис Санджян в своем Каталоге. Памятные записи, на мой взгляд, очень важные. Они показывают, как наша книга попала в трагический водоворот событий времен Первой мировой, геноцида армян… Какими-то путями (нам неизвестно) Красное Евангелие оказалось в Алашкерте – это город и провинция в районе Эрзерума в сегодняшней Турции. <…>

Запомним, что Пушкин [В “Путешествии в Арзрум во время похода 1829 года” – прим. ред.] даже выносит в название своей повести дату кавказского похода – 1829 год. Эта деталь нам пригодится для Красного Евангелия. Дело в том, что в памятной записи как раз на пустых страницах после текста Евангелия от Луки сообщается, что книга оказалась в Алашкерте.

Недатированная надпись как раз на страницах 236-237 сообщает нам, что священник Айракан приобрел манускрипт у некоего человека по имени Севаде, сына Вахтанга. И когда Айракан захотел прочесть памятные записи в книге (очевидно, чтобы узнать, когда она была создана), то обнаружил, что “какие-то дьявольские руки вырвали их”. В этой же рукописи Евангелие названо (кажется, впервые) Красным. И эта традиция названия длится по сей день.

Еще одно свидетельство прямо связывает наш манускрипт с 1829 годом. Именно тогда жители Алашкерта, боясь возвращения власти турок, начало массовое переселение с великими трудностями и лишениями – они шли пешком по зимним дорогам, через голод и смерть детей и стариков, с целью жить в Армении, освобожденной русскими – к Эчмиадзину и в область Севана. Красное Евангелие было с ними, на это указывает памятная запись. <…>

Красное Евангелие. Фото: цифровая библиотека «Искония»

Если посмотреть обобщенно на судьбу Красного Евангелия, судьба его повторяет судьбы тысяч и тысяч армянских книг, которые шли вместе с народом, деля с ним его участь. По этапам истории путешествия книги можно раскрыть и судьбу создавшего ее народа. И в самом деле – Арцах, Гандзасар, нашествие сельджуков, а затем и татар. Шикакарская крепость. Храм Кармир Аветаран. Карс и Алашкерт, освобождённые русской армией. Геноцид 1915 года. Массовое беженство в русскую Армению от зверств турок и курдов».

Источник

Лента

Рекомендуем посмотреть