В формировании его поэтического таланта огромную роль сыграли услышанные в детстве истории: мир песен и сказок Ованеса Туманяна - RadioVan.fm

Онлайн

В формировании его поэтического таланта огромную роль сыграли услышанные в детстве истории: мир песен и сказок Ованеса Туманяна

2022-02-19 19:46 , Минутка истории, 719

В формировании его поэтического таланта огромную роль сыграли услышанные в детстве истории: мир песен и сказок Ованеса Туманяна

19 февраля – в день рождения величайшего армянского поэта и писателя Ованеса Туманяна в Армении отмечается общенациональный праздник — День дарения книг.

В формировании поэтического таланта Ованеса Туманяна огромную роль сыграли услышанные им в детстве у родного очага предания, легенды и сказки. Как и затем несколько поколений детей выросли на сказках «Поэта всех армян».

О детском мире песен и сказок Туманяна рассказала Нвард Туманян в посвящённой отцу книге «Детство и юность Ованеса Туманяна».

В мире песен и сказок

Из окрестностей деревни Туманян больше всего любил и вспоминал Дид, холм с каменистым гребнем, лежавший к северо-востоку от деревни в центре равнины. В старое время при вражеских набегах Дид служил наблюдательным пунктом, в дальнейшем был местом паломничества, а в последние годы он стал местом для прогулок дачников. На вершине холма стоит древняя часовня, кругом раскинулись крестьянские поля. С Дида виден Дсех со всеми окрестностями. Летом здесь всегда прохладно, воздух чист и ароматен, привольно гуляет ветер. На вершине Дида растут урц и ананух, а у подножья много цветов, в воздухе парят жаворонки, бабочки порхают с цветка на цветок, оживляя картину равнины. Осенью здесь тихо и печально, цветы и травы блекнут и желтеют, птицы разлетаются…

Давно, в дни детства поэта у подножья Дида были ключи, которые теперь иссякли. Остался лишь большой красный камень, под которым, как вспоминал поэт, он, маленький «пастушок», прятался от дождя. И по сей день стоит там этот камень.

За Дидом, на другом краю ущелья, тянется горная цепь Чатиндаг, вершина которой весной и летом окутана туманом. Это тот хребет, над которым:

И, как с водопоя верблюды, на склон

Гуськом из ущелья идут облака…

У подножья Дида как раз против деревни на берегу ущелья стоит красивый хачкар, который напоминает окаменевшего человека, заглядывающего в ущелье, где стоит храм св. Григория. Возле храма бьет из скалы прозрачный и холодный родник. Ущелье и этот родник были излюбленными местами прогулок поэта как в дни детства, так и в поздние годы.

Детство и юность поэта прошли в местах, богатых историческими памятниками, которые придавали особую прелесть природе Лори. Туманян очень любил эти места и в свободное от работы время часто прибегал сюда.

Один из одноклассников поэта — Габо-бидза — так рассказывает о давних днях и излюбленных местах, где они вместе бегали и играли в детстве:

«Беспечными детьми пяти-шести лет мы часто убегали в поле играть. Убежав из дому, Ованес пропадал на весь день. Поднимемся, бывало, на склон Дида, а оттуда бежим в другой конец деревни к родникам Катнахпюр и Арвяк. Возле родника садились поесть или же шли на „Озёра“ собирать малину и ежевику, искать гнёзда птиц и собирать яички…

Осенью гурьбой отправлялись в лес за дикими грушами и яблоками, собирали кизил и орешки».

Особенно любили они играть у родника возле монастыря св. Григория, спускались в Дзагидзор. Тогда Дзагидзор был покрыт густым лиственным лесом. В ущелье Дебета купались, играли и ловили рыбу, вспоминает Габо-бидза.

О часах, проведённых в этом ущелье, поэт не раз писал: «Сколько раз в день спускался я и поднимался снова! И ведь не просто спускался, а слетал стремглав. Вот быть таким же здоровым… Эх! тогда я был полон неисчерпаемой энергии…».

Одним из красивейших мест Дсеха были так называемые «Озёра». В лесу, в двух-трёх километрах от села, находилось небольшое озеро, окружённое камышами. Оно называлось также «Тзрукагёл» из-за обилия пиявок. Прежде оно состояло из двух озёр, по одно впоследствии высохло.

С детства Туманян хорошо знал памятники Дсеха и его окрестностей, горы и тёмные лесные чащи. Ему знаком был каждый камень, каждое дерево, любая пещера и монастырь.

Он хорошо знал растительный мир, лечебные свойства и названия диких растений, цветов и плодов, названия кореньев, съедобных и душистых трав.

Необычайно сильна была в маленьком Ованесе любовь к природе, к песням и странствиям. Ему по душе была свободная жизнь на лоне природы, игры и песни, часы досуга и прогулки с товарищами.

Из детских приключений Ованеса известна история «Рога Черкеза», которую рассказал сам поэт.

В жаркий летний день отец Туманяна гнал волов на ток. Но крестьяне зачем-то вызвали его на сельскую площадь. Оставшиеся без присмотра волы разбрелись. Ованес кинул камень и попал в рог Черкезу, и рог сломался. Он тут же подобрал его и приставил на место. Немного спустя вернулся отец. Хочет запрячь волов, но Черкез от боли не даётся ему. Отец в недоумении схватил вола за рог, а он остался у него в руке. Черкез бросился бежать. Тер-Тадевос тотчас же сообразил, чьи это проделки, и в гневе запустил рог в маленького сына со словами: «Из тебя толк не выйдет!». Ованес оставил ток и убежал к Диду, своему излюбленному убежищу.

Туманян очень любил часы отдыха на гумне, — в тени скирд можно было прилечь и мечтать до самого вечера. Там он написал некоторые лирические стихотворения, как например, «Со звёздами».

В формировании таланта поэта огромную роль сыграли услышанные от стариков села предания, легенды и сказки у родного очага. Образная речь народа, приправленная пословицами и поговорками, обогащала его язык и была для него первой школой. Не только в юношеские годы, но и в дальнейшем он придавал огромное значение фольклору, и сам щедро использовал фольклорные сюжеты для своих произведений. «Уже в детстве я любил и увлекался сказками, легендами, баснями и многие даже сейчас помню наизусть», — писал он в одной из своих статей.

Подсев к старшим в поле, в горах или дома, он любил слушать их беседу, любил живое слово народа, его трудовые песни, звуки свирели. Чуткое ухо Туманяна всегда прислушивалось к речи народа.

С особой теплотой вспоминает Туманян проведённые в деревне дни. Именно с описания этого и начинается рассказ «Мой товарищ Несо». «Нас была кучка дружной детворы, — деревенской детворы. У нас не было ни школы, ни уроков, ни воспитания. Предоставленные самим себе, мы только и делали, что играли. И как играли! И как любили друг друга! Как привыкли друг к другу! Проголодавшись, бежали домой, брали из корыта ломтик хлеба, а из караса кусочек сыру и снова спешили друг к другу. По вечерам собирались, шумели, болтали или рассказывали сказки.

Среди нас был один паренёк по имени Несо. Сколько сказок он знал, сколько сказок — конца-краю не было им!

В летние лунные вечера усаживались мы на брёвна около нашего дома и зачарованно впивались глазами в похорошевшее от воодушевления личико Несо. Рассказывал он про ури-пери, про Изумрудную Птицу, про Светлое и Тёмное царства…».

Многие сказки, услышанные в дни детства от Несо, Туманян помнил наизусть. С любовью и тоской вспоминает он те дни и вечера, когда в кругу родных внимал рассказам старших:

«Сквозь годы, как эхо, я слышу, звенят,

Далёкие звуки родных голосов».

Тепло он вспоминает и те осенние дни, когда его дяди верхом возвращались с яйлагов, коротая время в пути баснями и легендами. Особенно он вспоминает дядю Исайя, который рассказал ему легенды «Пёс и кот», «Орёл и дуб», «Злосчастные купцы» и другие. Не менее, чем народные сказки и легенды любил поэт пастушью свирель. Лёжа на склоне, он часами вслушивался в свирель пастухов, их переклики издалека.

С чувством особой признательности вспоминал он игравших на свирели сказочников. В дальнейшем, наезжая из Тифлиса в Дсех, он поддерживал с ними дружбу, приглашал к себе домой, угощал и оделял подарками — книгами, табаком, архалухом, а то и просто деньгами.

В Дсехе славились игрой на свирели дядя Езек, пастух Акоп, Гши Мехак и другие, а из сказочников — дед Ованес из дома Мелконанц. Это был старый бедный огородник, который жил в Дзагидзоре, продавая овощи со своего огорода.

Часто Туманян оставался на ночь в лачуге деда Ованеса, ходил с ним на охоту за ланями и, сидя у костра, с удовольствием слушал его охотничьи рассказы.

Заглавная иллюстрация: Грачья Рухкян. Портрет Ованеса Туманяна, 1969. Национальная галерея Армении

Источник

Лента

Рекомендуем посмотреть